16.08.2021      57      0
 

Пять дней в июне 2010 года в Джелалабаде

Полное бессилие властей после развала Союза 12 июня 2010 г., через два дня после беспорядков, возникших…


Полное бессилие властей после развала Союза

12 июня 2010 г., через два дня после беспорядков, возникших из-за конфликта между киргизами и узбеками в Оше, волнения перекинулись в маленький провинциальный городок Джелалабад, что находится неподалеку от границы с Узбекистаном, с населением в 100 000 жителей. Когда раздались первые выстрелы, 26-летняя узбечка Нигора сидела в саду у своей тети позади дома на улице Ленина вместе с тетей, родной и двоюродной сестрами и двумя маленькими племянниками.

Женщины и дети поспешили в дом тетки, заперли все двери и укрылись в комнате, где не было ни одного окна. Включать свет никто не посмел. В отдалении слышались громкие мужские голоса и звон бьющихся окон. Нигора беспокоилась о своем трехлетнем сыне, который в тот момент находился у золовки. Та жила неподалеку, но Нигора, как бы ей ни хотелось быть в тот момент вместе со своим мальчиком, все же побоялась выйти из укрытия.

В ту ночь было разграблено множество магазинов. Из ювелирного в конце улицы украли драгоценностей на сумму, превышавшую 30 000 норвежских крон, что по меркам Киргизстана было целым состоянием. В районах проживания узбеков стояли толпы киргизских ополченцев с фургонами наготове. Переходя от дома к дому, они сгружали в машины ковры, холодильники, стиральные машины, телевизоры и ювелирные изделия. Затем поджигали дома и скрывались. На протяжении целого дня и вечера киргизы из глубинки стекались в район боевых действий. Заполыхала деревня близ Джелалабада, во время ожесточенных боев между узбеками и киргизами множество народу было убито и тяжело ранено. Позднее Нигора узнала, что 20-летний сын золовки Тимур оказался в ту ночь среди убитых.

На следующее утро, когда никто из них еще не знал о смерти Тимура, Нигора позвонила золовке спросить про своего сынишку. Та рассказала, что он был очень напуган и все время спрашивал про маму. Может быть Нигоре прийти сюда самой? Ведь наступило относительное затишье – на улице не слышно ни голосов, ни выстрелов. Нигора вместе с сестрой открыли ворота и неохотно ступили на пустынный тротуар. Поблизости не было видно ни одной машины, все магазины были закрыты. В воздухе по-прежнему стоял запах дыма от ночных пожаров. Подойдя к светофору, они увидели, как навстречу им по противоположной стороне улицы приближаются два крупных киргиза лет сорока. Увидев Нигору с сестрой, они остановились. Приблизившись на расстояние 30-40 м, они вытащили из пластиковых пакетов два длинных ножа. Чуть поодаль на улице показалась еще одна группировка из 8-10 киргизов.

«Остановите узбеков!» – крикнул один из них. Нигора вместе с сестрой развернулись и помчались что было духу обратно в дом тетки. Им было слышно, как следом гонятся мужчины. Ворота в дом тетки были заперты. «Тетя, откройте ворота!» – взвыла Нигора, забарабанив по ним кулаками. Когда тетя открыла, обеим сестрам едва-едва удалось проскользнуть внутрь, чтобы их не поймали. Оставшиеся на тротуаре мужчины продолжали дубасить руками и ногами в крепкие железные ворота.

Через несколько часов киргизы отступили. Тетины ворота оказались высокими и прочными, и на этот раз у них ничего не получилось, и тогда они, ворвавшись в соседний двор, похитили оттуда машину. Испугавшись, что когда киргизы вернутся в третий раз, то ворота они в конце концов сломают, женщины перебежали в соседний дом на противоположной стороне, где вместе со своим сыном жил слепой старик. Сын привел их в небольшую кладовую, понадеявшись, что здесь они смогут пересидеть в безопасности. «Не выходите, ждите до тех пор, пока мы не придем, чтобы вас выпустить», – попросил он, запирая за ними дверь.

Там же укрывались и две другие семьи, так что теперь их было девять женщин и десять детей, сгрудившихся в крохотном, темном и тесном помещении, где слепой и его сын хранили зимние запасы картошки с луком. На улице стояло лето, воздух раскаленный, а дух в тесной каморке был тяжелым, наполненным страхом, запахом пота и луковым чадом. Медленно ползли минуты. Просидев там около часа, они вдруг услышали плачущий и просящий голос слепого: «Нет, нет, вы не можете этого сделать, будьте так добры, не делайте этого!». Затем они безошибочно услышали звук загорающегося пламени. Они почувствовали приближение огня и то, как крошечная кладовая заполняется дымом и внутри становится все жарче и жарче. Но дверь была заперта, и выйти оттуда не было никакой возможности. Вскоре запылала крыша. Жара становилась невыносимой, в воздухе повис тяжелый дым, а они все только кашляли и плакали.

Все стали молиться Богу, и Нигора тоже. Она молилась только о том, чтобы им удалось оттуда сбежать. Кроме коротких молитв в голове в тот момент у нее не было ни единой ясной мысли. Она просто ждала, ждала, что ее спасут, что вот-вот что-то случится; она ожидала конца. И вот 14-летняя девочка случайно наступила на огонь и загорелась. Обе ее ноги были объяты пламенем, но она была настолько напугана, что даже не заметила этого. Нигора уже приготовилась к смерти, как вдруг пришел сын слепого и отпер дверь. Огонь стал пожирать дом, красные языки пламени рвались из окон. Вместе с другими женщинами и детьми Нигора выбежала на улицу.

Выйдя из тупика за соседним домом, они остановились, не зная, куда идти. Куда бежать, где скрыться? Стоявшие в конце улицы четверо киргизских мужчин выглядели довольно дружелюбно; заметив истерически метавшихся женщин, они подошли к ним поближе. «Не бойтесь, мы соседи, мы вам поможем», – сказали они, предложив пройти с ними в квартиру неподалеку. Здесь наконец-то они были в безопасности; соседи-киргизы приносили им еду и помогали, чем могли.

На следующий день все было кончено. Киргизские банды ушли, и теперь выходить на улицу стало безопасно. Впервые в тот день женщины осмелились покинуть квартиру. Сын Нигоры был так счастлив снова увидеть мать, что тут же забыл про свой испуг. Однако в течение многих месяцев на любые громкие звуки Нигора реагировала паникой.

– Чтобы все забыть, нужно время, – говорит она. Это живая, молодая женщина с открытым, почти детским лицом, носит хиджаб и облегающие джинсы. – Уходило это медленно, но бояться я все же перестала, и постепенно жизнь вернулась в нормальное русло. Однако некоторые вещи уже никогда не будут такими, как прежде. Что-то в тот день сломалось навсегда. Тимура уже не вернешь. Моя соседка, которая была в то время беременна, настолько испугалась, когда они начали стрелять, что у нее случился выкидыш. Да и отношения между узбеками и киргизами уже не такие, какими они были до того. Теперь я просто замираю на месте, услышав слово «киргизы».

Как это часто бывает во время хаотических событий, существуют различные объяснения, как и почему начались беспорядки. Свидетельства очевидцев довольно двойственны и частично даже противоречат друг другу. Однако во многих рассказах фигурирует одно и то же событие – столкновение между узбеками и киргизами вечером 9 июня в казино «24 часа» в Оше. Вероятно, после проигрыша крупной денежной суммы узбекский клиент повздорил с молодым киргизом. Конфронтация возрастала, в результате, находившиеся в помещении узбеки обратились к другим узбекам с просьбой о помощи. Вскоре уже весь город знал, что там происходит что-то неладное между узбеками и киргизами, после чего в центре начали собираться большие группы молодых людей.

Никто так и мог объяснить, откуда поползли слухи, но через пару часов целый город уже «знал» о том, что что-то происходит в общежитии университета. Шли минуты за минутами, а передаваемые из уст в уста истории становились все более дикими. Несмотря на то что здание стояло целое и невредимое, весь Ош ни на минуту не сомневался, что его дотла сожгла группа узбеков, которые перед этим ворвались туда, чтобы насиловать, убивать и калечить юных студенток. Через несколько дней после отмены чрезвычайного положения местный адвокат, продолжая верить самому себе, описывал инцидент следующим образом:

«Члены группы ворвались в общежитие, где начали насиловать студенток и разбивать окна. В результате там было найдено восемь тел студенток со следами насилия, уродств от ножевых ранений и ожогов. У некоторых трупов были вырезаны животы, они были наполнены мусором и глазами».

Однако на самом деле той ночью никто не врывался в общежитие – ни узбеки, ни киргизы, – и, следовательно, никто там не был ни убит, ни изнасилован. Как всегда, слухи продолжали жить своей жизнью и помогли спровоцировать киргизских юношей города. За ночь ситуация полностью вышла из-под контроля, превратив Ош в зону боевых действий. Улицы заполонили вооруженные банды и танки. На фасадах домов и магазинах появились большие черные буквы. Если стояла надпись: «КИРГИЗЫ», то дом не трогали.

12 июня насилие пришло в Джелалабад, расположенный в ста километрах ближе к северу. Власти в Бишкеке оказались бессильны и попросили русских о помощи, но президент Медведев принял решение не вмешиваться во внутренние дела Киргизстана.

И только 15 июня, после пятидневного кровопролития, властям при поддержке армии удалось положить конец насилию. Более 420 человек было убито и более 2000 получило ранения. Сотни тысяч были вынуждены бежать в Узбекистан и в приграничные районы. Более 2000 зданий в результате пожара были полностью разрушены.

Между событиями лета 1990-го и событиями 2010-го есть некоторое сходство. Оба раза насилие разразилось при полном бессилии властей, при ослаблении действующего правительства.

В 1990 г. Советский Союз пропел свою прощальную песню; летом 2010 г. Киргизстан только начал восстанавливаться после произошедшей в начале того же года революции, когда президент Бакиев был вынужден покинуть страну. В 1990 г. экономическая кривая поползла вниз, как это происходило и в 2010 г. в результате международного финансового кризиса. И в 1990-м, и в 2010-м большинство погибших – узбеки.

Однако существует одно важное различие между этими двумя событиями: во время судебного процесса 1990 года, который, кстати, был первой попыткой восстановить справедливость после начала этнических конфликтов в Советском Союзе, 48 человек были приговорены к длительным срокам лишения свободы за убийство, за покушение на убийство и изнасилования. 80 % из них были киргизы.

После событий 2010 года было осуждено и приговорено к смертной казни в общей сложности 70 обвиняемых. Более 80 % из них были узбеки. 17 человек (все – узбеки) были приговорены к пожизненному заключению в результате вынесенных судом приговоров, которые впоследствии были подвергнуты серьезной критике со стороны правозащитных организаций. Во всех случаях судьями и юристами, в том числе и адвокатами, были киргизы.

Отношения между киргизами и узбеками по-прежнему остаются напряженными, немногие из них могут сказать что-то хорошее о противоположной стороне.


Об авторе: admin

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Омар Хайям
Устроение завоеванной территории

Устроение завоеванной территории

Степная комиссия по Средней Азии После массированного продвижения русских в глубь Средней Азии в 1860-х гг....

Историко-культурный комплекс «Жошы хан»

Историко-культурный комплекс «Жошы хан»

Президент Казахстана посетил сакральный объект Золотой орды Глава государства инициировал провести в 2022...

Инструкция офицерам действующих частей войск

Инструкция офицерам действующих частей войск

Умелое командование Скобелева Результатом долгих занятий и раздумий Скобелева 18 декабря 1880 г. появилась...

Напишите мне