26.08.2021      47      0
 

Семипалатинск и Достоевский

Очень слабое сердце Русская традиция ссылать своих беспокойных граждан в казахские степи не нова. В…


Очень слабое сердце

Русская традиция ссылать своих беспокойных граждан в казахские степи не нова. В 1854 г. в Семипалатинск прибыл, возможно, самый известный арестант: писатель Федор Достоевский. После четырехлетнего пребывания в омской тюрьме в Сибири за участие в заговоре, организованном либеральным кружком Петрашевского, он был сослан солдатом в Семипалатинск отбывать последние годы наказания.

Тюремные годы подорвали его здоровье. Наравне с остальными заключенными ему приходилось круглосуточно носить на себе тяжелые колодки. Казармы были переполнены, и ни один из заключенных не имел возможности остаться в одиночестве даже на долю секунды. Ночью около 30 мужчин должны были делить между собой жесткие, голые, кишащие вшами и блохами нары. Пол был гнилым, с потолка капала вода. В зимние месяцы как внутри, так и снаружи царил лютый холод, а летом стояли зной и духота. Позднее Достоевский писал, что никогда не чувствовал себя таким счастливым, как тогда, солдатом, проезжая вдоль реки Иртыш по пути в ссылку Семипалатинск, «чувствовал вокруг себя свежий воздух, а в сердце – свободу».

Сегодня Семипалатинск, или Семей – как он называется по-казахски, – представляет собой грязный и довольно печальный провинциальный городок с широкими улицами и высокими серыми бетонными зданиями. Однако город этот гораздо старше, чем может показаться на первый взгляд. Еще в 1718 г., планируя экспансию на восток, Петр Великий основал здесь крепость. Со временем вокруг гарнизона вырос город.

Проходя по тихим улочкам позади университета и огромного здания одетой в бетон социалистической вечности городской мэрии, можно получить представление о том, как мог выглядеть город, когда в нем еще жил Достоевский. Не заасфальтированные улицы повсюду окружают невысокие крепкие деревянные дома постройки XIX в. Когда-то в Семипалатинске проживало пять-шесть тысяч человек. Достоевский арендовал небольшую, жалкую комнатушку у солдатской вдовы. Комната кишела блохами и тараканами, но в первый раз за четыре года ему наконец-то удалось побыть одному и он мог снова читать и писать.

Работники городского музея Достоевского добросовестно пытались воссоздать клетушку, в которой жил писатель. В крохотной комнатке одиноко стоял письменный стол, узкая кровать, самовар с кружками и две пары французских часов. Вся мебель изготовлена приблизительно в 1850-е годы, в реальности ничто из нее не принадлежало великому писателю. Во время пребывания Достоевского в Семипалатинске у него еще не было литературного признания, поэтому никому даже в голову не приходило сохранять ни на что не годную мебель. Сложно сказать наверняка, как в те времена выглядела его комната, музей же предлагает свою квалифицированную версию решения этой загадки.

Искусство воссоздавать писательские дома – отличительная особенность русских. По всей империи разбросаны сотни домов-призраков, с тщательно подобранной мебелью той эпохи, некоторые образцы которой иногда могут принадлежать и автору. Святыни охраняются строгими женщинами, которые спешат погасить свет сразу же, как только литературные паломники покидают зал. Экскурсовод, проводившая меня по комнатам семипалатинского музея, была женщиной огромного размера, просто величиной с дом. Она была в такой плохой форме, что время от времени ей приходилось останавливаться между витринами, чтобы передохнуть и набрать дыхания, однако жизнь и труды писателя она знала минута в минуту, строчку за строчкой. С жизнеутверждающим огоньком в глазах она взахлеб кормила меня подробностями пребывания в городе Достоевского.

– Вскоре после его прибытия сюда он подружился с бароном Александром Врангелем, который был большим поклонником его произведений, – сообщила она. – Врангель сделал все возможное, чтобы улучшить плохие условия жизни писателя в Семипалатинске, и вскоре стал его доверенным лицом. Кроме того, Достоевский познакомился с одним пьяницей, которого звали Александр Исаев. – Экскурсовод остановилась, чтобы глотнуть немного воздуха, а затем с жадностью продолжила: – Жена Исаева болела туберкулезом и ужасно страдала в браке. В пьяном угаре муж, бывало, бил ее, и так как по причине своего пьянства он потерял работу, денег у них не было. Достоевский был преисполнен жалости к ней и вскоре от любви совсем потерял голову. Это увлечение отнюдь не являлось благом для великого писателя.

Благодаря книге, написанной Врангелем, где он изобразил годы, проведенные вместе с Достоевским, мы можем узнать множество подробностей о развитии бурного романа писателя со сломленной туберкулезом, но в то же время страстной и капризной женой Исаева.

«Она была с ним любезна, – отмечал Врангель, – но вряд ли оттого, что была в него влюблена. Она сострадала этому несчастному, с которым так жестоко обошлась судьба. Можно предположить, что она была к нему в какой-то мере привязана, но все же ни капельки не была в него влюблена. Ей было известно о том, что он страдает нервным расстройством и что у него нет денег. Она считала его человеком «без будущего». Однако Федор Михайлович воспринял ее жалость как ответную любовь и воспылал к ней со всей своей юношеской страстью».

В следующем году разразилась катастрофа: Исаев был назначен инспектором питейных заведений в Кузнецке, небольшом городке в 600 км от Семипалатинска. Достоевский проводил все свое свободное время, тоскуя и сочиняя письма. По воспоминаниям Врангеля, он заполнял ими целые тетради, посвящая их Марии. К сожалению, сохранились всего одно. Оно полно восхваления:

«Вы замечательная женщина, ваше сердце наполнено удивительной, почти детской благодатью. Уже сам тот факт, что женщина подала мне руку, стало огромным событием в моей жизни».

Ответ Марии содержал красочные описания болезней и мучений, которые приносит с собой бедность. Достоевский страдал.

«Он сильно похудел, – вспоминал Врангель. – Стал мрачным, раздражительным, бродил как тень самого себя и вынужден был остановить работу над „Записками из Мертвого дома“».

В августе 1855 г. Александр Исаев умер. Мария была расстроена. Кто теперь позаботится о ней и ее семилетнем сыне? Достоевский делал все, что мог, брал на свое имя кредиты и посылал ей деньги. Смерть Исаева вселила в Достоевского надежду, но одновременно с этим принесла новые проблемы. А что, если она полюбит другого? Тогда ему придется встать в очередь женихов?

«Я живу и дышу ради нее, – писал он в письме к своему брату. – Ах, как же я несчастен! Как несчастен! Я полностью уничтожен, убит! Но моя душа жива».

Мария умела играть на его ревности. Как бы он отнесся к тому, если вдруг «какой-нибудь солидный, положительный мужчина, обеспеченный гражданский служащий» придет просить ее руки? – неожиданно спрашивала она в своем письме. «Велики радости любви, но страдания настолько ужасны, что лучше вообще никогда не любить», – писал Достоевский в письме к Врангелю. Мы не знаем, что он ответил Марии, но его ответ, вероятно, очень сильно ее взволновал. В следующем письме она заверяет его, что никакого богатого чиновника не существует. Ей просто хотелось проверить его преданность!

Пройдет совсем немного времени, прежде чем Мария снова испытает искушение проверить преданность писателя. В следующем письме она уже оживленно рассказывает о «молодом, сострадательном учителе с благородной душой». Этого Достоевский больше выдержать не мог и прямо во время армейской служебной поездки летом 1856 г. он удирает в Кузнецк, чтобы с ней встретиться. «Какая благородная, ангельская душа», – писал он с энтузиазмом в письме к Врангелю после встречи.

Пока он был вне себя от счастья от того, что ему снова удалось с ней свидеться, Мария подтвердила его худшие страхи: учитель на самом деле существовал. Звали его Николай Вергунов, и Мария слезно призналась, что влюблена в него. Тем не менее она не хотела так просто отпускать Достоевского. «Не плачь, не грусти, – утешала она его. – Еще ничего не решено. Сейчас только я и ты, и никто другой!». С этими словами в сердце, полный надежд Достоевский вернулся обратно в свой гарнизон. Прошло совсем немного времени, и его снова одолели сомнения, и вот уже в следующем письме он пишет Марии о том, что, скорее всего, она все-таки любит учителя.

Чтобы повысить свою привлекательность в глазах Марии Достоевский решил начать продвижение по службе. Отправив трогательное, полное покаяния письмо военному руководству, он в конечном итоге был произведен в офицеры. Мария продолжала метаться между ним и учителем, сводя обоих с ума.

«О, я был несчастный безумец! – писал Достоевский Врангелю. – Такая любовь подобна болезни. Уж теперь-то я знаю».

В конце ноября Достоевский снова навестил Марию в Кузнецке, на этот раз уже в офицерской форме. Неизвестно, сыграла ли тут роль униформа, но визит к Марии завершился ее согласием выйти за него замуж. «Она любит меня, и я это знаю с абсолютной уверенностью», – торжествующе писал он Врангелю. Мучимый угрызениями совести по поводу побежденного им соперника, он просил Врангеля проследить, чтобы тот достойно сдал семинарский экзамен. Судя по всему, опьянение, связанное с предстоящим браком, было краткосрочным: исходя из последовавших за ним писем, с похвалами и романтическими порывами было покончено. Вместо этого речь в них идет о сухих, практических свадебных приготовлениях и денежных вопросах.

«6 февраля 1857 года они поженились, – с энтузиазмом продолжала экскурсовод. – Федору Михайловичу было 34 года, Марии Дмитриевне – 29. Учитель Вергунов, который был так влюблен в Марию, был у них одним из свидетелей на свадьбе. Достоевский был вне себя! Что он будет делать, если Мария вдруг в последнюю минуту передумает и выберет вместо него учителя! А что если больной от ревности учитель вдруг нападет и убьет его? И хотя церемония прошла гладко, сам брак был коротким и несчастным. На обратном пути в Семипалатинск у Достоевского случился тяжелый эпилептический припадок. Мария начала жалеть, что предпочла учителю бедняка, к тому же заключенного, и не сумела удержаться от гнева. Невозможно даже описать словами, что она сделала!»

Грузная экскурсовод казалась искренне возмущенной поведением Марии и протопала к следующей витрине.

После свадьбы эпилептические припадки Достоевского участились настолько, что он должен был уйти с военной службы. «Моя жизнь тяжела и горька», – писал он в 1858 г. В следующем году ему было разрешено покинуть Семипалатинск, и пара отправилась в Санкт-Петербург. Однако там они прожили вместе недолго, большую часть времени проводя в ссорах. Климат российской столицы не подходил Марии для здоровья, и она переехала в провинцию, во Владимир. С тех пор жизнь ее покатилась вниз, она становилась все больней и озлобленней.

А Достоевский, в свою очередь, страстно влюбился в другую женщину, Аполлинарию Суслову. Вместе с ней они поехали в далекое путешествие по Западной Европе, где у Достоевского развилась еще одна страсть: склонность к азартным играм.

В конце лета 1863 г., в Хомбурге, Достоевскому все-таки пришлось оторваться от игрового стола: он получил сообщение о том, что Мария при смерти. По словам Врангеля, пара помирилась уже на смертном одре:

«О, дорогой друг, – писал ему Достоевский. – Она безгранично любила меня, и я любил ее необыкновенно, однако все же нам не довелось жить долго и счастливо. Мы не могли перестать любить друг друга, и чем более несчастными мы становились, тем прочнее была наша связь. Это может показаться странным, но дело обстояло именно так. Она была самой честной, благородной и самой щедрой женщиной, которую я когда-либо знал».


Об авторе: admin

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Омар Хайям
Устроение завоеванной территории

Устроение завоеванной территории

Степная комиссия по Средней Азии После массированного продвижения русских в глубь Средней Азии в 1860-х гг....

Историко-культурный комплекс «Жошы хан»

Историко-культурный комплекс «Жошы хан»

Президент Казахстана посетил сакральный объект Золотой орды Глава государства инициировал провести в 2022...

Инструкция офицерам действующих частей войск

Инструкция офицерам действующих частей войск

Умелое командование Скобелева Результатом долгих занятий и раздумий Скобелева 18 декабря 1880 г. появилась...

Напишите мне